О положении дел в медицине сейчас не пишет только ленивый. Но о нашей, пермской, надо уже не писать, а караул кричать во всё горло. Прочитал как-то в городской газете «Огни Камы» о том, что уполномоченный по правам человека в Пермском крае Татьяна Марголина посетила краевую психиатрическую больницу № 6 в Чайковском и её стационары в больничном корпусе «Энергия», и о том, что там созданы замечательные условия для оказания помощи больным.
Палаты оборудованы всем необходимым, есть шифоньер для одежды с комплектом вешалок, современные койки, столы, новые прикроватные тумбочки и стулья. В фойе телевизор, хорошие диваны, на стенах картины.
Сразу возник у меня вопрос: почему бы Татьяне Ивановне не посетить хирургическое отделение Чайковской центральной городской больницы? Там царит совсем другая картина!
В прошлом году я записался на приём к хирургу. Не сразу, но попал к нему. Диагноз: паховая грыжа. Пытался объяснить, что происходят частые защемления. Хирург уткнулся в бумаги и как будто не слышал.
Назначили приём через два месяца, а в хирургическое отделение я попал лишь спустя три. Мне сунули инструкцию, из которой я запомнил только то, что «вещи на подоконник не класть» и два раза в день измерять температуру.
Принесли очень плохое, непростиранное постельное бельё, но сосед по палате посоветовал взять и не вякать: у него матрац рваный, и то, мол, не возникает. Встал вопрос, куда положить одежду. По инструкции на подоконник класть нельзя, а стула нет. Выходит, на пол? Хороший выход!
В палате шесть обшарпанных коек, один допотопный стул и колченогая облезлая табуретка – впечатление, что со свалки принесли. Прикроватные тумбочки без дверок, без выдвижных ящиков, кое-где и без полочек. Вышел в фойе – та же картина: стоят рваные диваны, небольшой холодильник старой марки, кажется, «Полюс».
В центре зала раскуроченный стол. Всё, больше ничего. Вот, думаю, попал. Десять лет назад лежал в этом отделении – всё было. Опять мелькнула мысль: это бизнес съел? В последнее время он в медицине гуляет свободно, как раковая опухоль. Как-то Леонид Рошаль говорил, что бизнес погубит медицину. Видимо, к этому и идет.
Худо-бедно переночевал. Утром пришел хирург Шепелев и назвал тех, кого он будет оперировать. Я возликовал от счастья: через десять лет снова попал к нему! Тогда он был заведующим отделением. Отличный хирург и человек. И в то время не ждали операцию три месяца. Приняли, посмотрели – и через два дня уже был в палате. Анализы сдавал на месте. Это были ещё отголоски советской медицины.
Я успокоился: раз операцию делает Шепелев, значит, всё будет нормально.
На следующий день утром слышу: «Кому градусник?» Не успел сказать, сестра уже убежала. Но соседи по койке заметили, что я не встаю, и привели медсестру. Поставили обезболивающий укол.
Вечером опять медсестра вбегает: «Тише разговаривайте, рядом платные палаты». Мне стало интересно: что такое платные палаты? Это же не гостиница! На следующий день после обеда решил посмотреть, что это за «люксы», где клиенты платят тысячу рублей за ночь. И понял, что я, отработавший в городе 50 с лишним лет, недостоин таких благ.
Возникает вопрос: кому эта делёжка на богатых и бедных на руку? Неужели врачам? Но, по крайней мере, эту систему, наверное, не врач придумал, а бизнесмен от здравоохранения. По медицинскому страхованию койка стоит 2151 рубль, да каждый день с койки тысяча – по стандарту за семь дней лечения выходит 9151 рубль.
Кто стандарты придумал, неужели врачи? Они что, не знают, что организмы разные бывают: у одного заживает за три дня, у другого – за десять? Сосед по койке Анатолий Павлович лежит уже десять дней, правда, он говорит, что по документам его выписали ещё на предыдущей неделе. Хорошо, что не выкинули.
Каждый день заполняют какую-то бумаженцию. Я градусник не видел, а при выписке эта бумажка заполнена ломаной линией показаний температуры. Кому эта туфта нужна?
Хотел много написать, но нервы сдают. Таких несуразных примеров можно привести массу только в моей семье. Племяннице делали операцию на матке и перерезали мочеиспускательный канал. Потом второй раз резали и опять не туда попали. Направили в Пермь – только там сделали нормально. Мучалась полгода.
Дочь сломала палец, сделали операцию – сложили неправильно. Два месяца ходила с опухшей рукой. Пришлось ехать в Ижевск – только там снова сломали и сложили правильно.
Или ещё пример: двух сестер направили в Пермь. Одну сестру врач предупредила, чтобы она взяла деньги. Старшая сестра пришла в больницу, а ей сказали: «Анализы чайковские не подходят, идите в платную лабораторию».
Тут сестра смекнула, в документы денежку положила. Через 15 минут были готовы пермские анализы. Сказали: «Пока нет мест» – и пришлось снова раскошелиться. В результате в палате лежала два дня одна.
Младшая сестра – моложе, но тоже пенсионерка – этого не сделала, да и денег не было. Отправили обратно, сказали: «Позванивайте, освободятся места – примем». Пришлось 300 километров мотать обратно. Потом два месяца ждала место.
Напрашивается вывод: пермская медицина бесхозная, отпущенная в рыночную экономику, или попросту в бизнес. Деньги на первом месте – больной где-то в хвосте ошивается. Все об этом знают, но меры не принимают.
Кому градусник ставить?..
