В Пермской художественной галерее открылась третья выставка из цикла «От реставрации к интерпретации»
Фото: научно-реставрационный центр им. И. Э. Грабаря
Помнится, когда экскурсоводы рассказывали о картине неизвестного художника начала XVIII века «Грехопадение», выставленной в Пермской галерее в цикле моновыставок «Четыре истории. От реставрации к интерпретации», зритель погружался в эпоху Тридцатилетней войны. По Европе, охваченной религиозной смутой, расхаживали банды мушкетёров и прочих наёмников, фанатики громили пышные готические храмы, а в смятённых умах и душах рождалось новое сознание, получившее выражение в искусстве барокко.
…Прошло 100 лет, и жизнь радикально изменилась. Обстановка, в которую погружаются зрители выставки «Аллегория науки». Игра в прятки с сюжетом» (6+), — это мирная Европа с открытыми границами. Процветают науки и искусства, рождаются новые экономические и политические теории, монархи переписываются с философами. Воцарилась эпоха Просвещения. Возможно, XVIII век был лучшим в истории современной европейской цивилизации. Кстати, Россия именно в это время стала частью Европы не только географически: русские политики и мыслители — от Екатерины II до Карамзина с его «Записками русского путешественника» — очень этому способствовали.
В эту прекрасную эпоху наука наконец-то заняла подобающее ей место: учёный уже не рисковал отправиться на костёр за высказывания в пользу гелиоцентрической системы, а тайные знания стали предметом гордости, а не позора. «О, сколько нам открытий чудных готовит Просвещенья дух»!
Картина, которая стала главной героиней очередной, третьей по счёту моновыставки в Пермской галерее, называется «Аллегория науки» и рождает множество ассоциаций, в том числе связанных с современностью.
Это полотно — один из первых экспонатов в коллекции: оно досталось галерее от её предшественника — Пермского научно-промышленного музея, из которого вышли и галерея, и краеведческий музей, и даже зоопарк. Изначально картина носила название «Аллегория», позже прошла экспертизу, обзавелась более точным наименованием и атрибутировалась как работа школы Рубенса, то есть XVII века.
На картине изображена женщина — молодая и очень привлекательная, особенно с точки зрения рубенсовских понятий о женской красоте. Вокруг неё — множество странных предметов и существ: от лягушки, распластанной и как будто приготовленной для препарирования, до статуэток-фигурин в античном стиле. Обращают на себя внимание прекрасные собаки, преданно глядящие на хозяйку, пылающая жаровня на заднем плане, атрибуты научной деятельности у героини — раскрытый манускрипт, циркуль, глобус — и несколько уж совсем загадочных и пугающих предметов: конский череп и две отсечённые головы, одна из которых, похоже, принадлежит всё той же женщине.
Многое стало яснее после того, как картина прошла реставрацию в научно-реставрационном центре им. Грабаря в Москве. Исследования красочного слоя позволили уточнить датировку её создания, и это никак не XVII век: картина не могла быть написана раньше 1709 года, потому что в составе красок есть пигмент под названием «берлинская лазурь», а он был изобретён именно в том году.
Всё встало на место. Женщина на картине вполне может быть учёной, а может и колдуньей — ведь в эпоху Просвещения тайные знания, ставшие страстью образованной прослойки общества, ещё плохо подразделялись по принципу материалистичности: астрономия не отделилась до конца от астрологии, химия — от алхимии. Всевозможные иллюминаты и прочие «вольные каменщики» пользовались уважением не меньшим, чем университетские профессора.
Отличная иллюстрация к тому, как это складывалось, — история открытия той самой берлинской лазури, которая позволила «омолодить» картину из пермской коллекции на 100 лет.
Краска была изобретена случайно в 1709 году берлинским аптекарем Иоганном Конрадом Диппелем. Полученный им пигмент в гамме синих и зелёных тонов не имел аналогов. Берлинская лазурь впоследствии активно использовалась мастерами декоративно-прикладного искусства в XVIII—XIX веках, особенно её любили импрессионисты.
В отличие от краски, судьба её изобретателя сложилась не так счастливо. Диппель занимался алхимическими опытами, по легенде, пытался создать эликсир бессмертия из плоти и костей животных и проводил эксперименты над эксгумированными трупами, пытаясь их оживить. Сложный характер и конфликты с окружением заставили его неоднократно сменить место жительства и даже пережить тюремное заключение на острове Борнхольм — за еретические высказывания.
Открытию берлинской лазури и истории Конрада Диппеля посвящён отдельный стенд на выставке, которая, как и все остальные экспозиции цикла, чрезвычайно подробна и увлекательна. Особое место в ней занимает сюжет о гранд-туре — большой европейской поездке, которая стала основой для возникновения нового литературного жанра — путевых заметок, как сказали бы в наше время, тревелога. В центральной витрине выставочного зала — подробная карта Европы XVIII века, и на ней можно легко найти Пермь Великую, а в качестве иллюстраций торговых и экономических связей тех времён — как всегда, замечательные монеты и медали из выдающейся нумизматической коллекции Пермской галереи.
Стенд о берлинской лазури озаглавлен строчкой всё из того же пушкинского стихотворения — «И случай, бог изобретатель» .
Как известно, процветание в нашем мире никогда не бывало длительным. Сколько уж случалось в истории «Золотых веков», все они продолжались существенно менее 100 лет. Вот и здесь: XVIII век завершился Великой французской революцией, голодом в Европе, массовыми казнями, а там и до Наполеоновских войн, охвативших континент, было недалеко.
…Прошло ещё 100 лет. В 1814 году британский поэт Перси Биши Шелли и его юная невеста Мэри Голдвин, путешествуя по Европе, прибыли в замок Франкенштейн в окрестностях Дармштадта — именно в этом замке Конрад Диппель ставил свои еретические опыты. Впечатлительная девушка запомнила эти легенды, и спустя два года на швейцарской вилле Байрона, участвуя в писательском поединке в жанре «готического романа», она сочинила один из самых популярных сюжетов мировой литературы — роман «Франкенштейн, или Современный Прометей», трагическую историю дерзновенного ума.
Чудовищ рождает не только сон разума, но и его активное, деятельное бодрствование. Нам ли, жителям XXI века, этого не знать?
Юлия Баталина
